Волна тревоги вынесла в прошлое воскресенье Братиславу в заголовки: победившие на субботних парламентских выборах в Словакии пропутинские социал- демократы во главе с Робертом Фицо (Robert Fico), мол, разрушат поддержку Украины со стороны ЕС.
Не тревожьтесь, друзья, Словакия не разрушит, при любом раскладе, антикремлёвскую коалицию!
Партия путинского поклонника набрала 23%. А для управления страной необходимо хотя бы ещё столько же. При этом SMER Роберта Фицо, о которой после субботних выборов говорит вся Европа, – не самая одиозная сила, попавшая в словацкий парламент. Там есть партия SNS, они – просто неофашисты, без всяких экивоков, считают себя наследниками политической системы Словакии 1939−1945 годов. У SNS 10 мест, у Фицо 42, однако для контроля палаты нужно 76.
И, кстати, в парламент не прошла партия «Республика», которые уже не неофашисты, а просто нацисты.
Весь этот микроскопический словацкий кошмар показывает, как легко восточноевропейские демократии уступают власть левым и правым радикалам.
Впрочем, у «хороших» партий в Братиславе больше мест в парламенте, чем у «плохих» – 62. Но и тем, и другим нужна партия «Голос», чтоб создать правящую коалицию. А они как раз настоящие «нейтралы» – кто больше даст, тот их голоса и получит.
При этом надо помнить, что Словакия имеет печальную историю коалиций: там нельзя купить лояльность надолго, всегда находится причина или повод продать голоса повторно. Так что никакое правительство в Братиславе не будет стабильным после этих выборов: ни пропутинское, ни прозападное, а до профашистского они, к счастью, ещё не дожили.
Надо помнить и то, что сам Фицо уже бывал премьером страны. Ему пришлось уйти после того, как был убит журналист, раскопавший его связи с… Нет, не с Кремлём, с итальянской мафией. Конечно, ничего не было доказано, но над новым-старым потенциальным премьером висит тень этой смерти, что делает его ещё более уязвимым.
В Европе многие опасаются, что Фицо создаст антибрюссельский союз с другим инсургентом, лидером соседней Венгрии Виктором Орбаном (Viktor Orban).
На эту ситуацию стоило бы взглянуть не из Брюсселя, а из Будапешта. В Словакии проживает весьма значительное венгерское меньшинство. Его интересы много лет использует в популистских целях Орбан. Трудно представить себе прочный союз этих двух лидеров. Гораздо легче увидеть их конкурентами. Ведь бороться им придётся не за какие-то идеалы, а за вполне ощутимое финансирование из Брюсселя.
И вот над этим политическим карнавалом, парадом масок и образов полыхает сейчас единственный вопрос: может ли при этом всём голос Братиславы в ЕС быть равен голосу Берлина или Парижа?
Общий консенсус по важнейшим вопросам, которым сейчас управляется ЕС, – это искусственная утопия, способная при первом же большом шторме утопить весь союз в волнах разновекторных политических интересов. 10 лет тому назад во время споров о греческих долгах такой шторм случился. Но тогда у союза был неформальный директор. Она умела одновременно демонстрировать жёсткость и щедрость. Тогда пронесло, вряд ли стоит рисковать единством ещё раз.
Ответом на этот вызов был «Брекзит». Сейчас Лондон намерен частично вернуться в Европу. Однако для этого ЕС тоже должен радикально измениться.
План глобальных перемен уже не тайна. Большие группы правительственных экспертов трёх ведущих стран работают над ним как минимум с начала лета.
Вероятно, в ЕС появятся пять равных уровней. В первый из них – Германия, Франция – вернётся Британия. За ним следуют северные страны, включая Бенилюкс. Потом южные, включая Австрию. Потом постсоциалистические во главе с Польшей. И наконец новые, начиная с Украины и заканчивая Сербией.
Все уровни, разумеется, будут формально равны. Но при таком устройстве будущие выборы, скажем, в Молдове уже не смогут вызывать волну катастрофических тревог по всему ЕС.
Так что маленькая Словакия сыграет свою важную роль в деле реформирования огромного союза. Политики, разумеется, быстро забудут эту нечаянную услугу. К тому времени, когда сомкнутся пять колец над Европой, вся словацкая сенсация истлеет.
Но мы – люди благодарные, и скажем Братиславе спасибо авансом.
Арсений Каматозов
Сюжетный ряд
«Большинство стран, которые проводят реформы, чтобы попасть в ЕС,
остаются на правильном пути».
Вот что пишет журнал The Economist о расширении Евросоюза.
Приступая к расширению, ЕС должен взять на себя три твёрдых обязательства. Первое – это послание надежды претендентам: если они проведут реформы, то их примут. Аналогичное обещание было дано в 2003 году странам Западных Балкан, но о нём быстро забыли. Претенденты должны соответствовать тем же критериям, что и другие страны, в частности, они должны поддерживать демократию. Условия вступления в ЕС должны быть жёсткими. Но тем, кто добросовестно старается, нужно помогать. Некоторые преимущества членства могут предоставляться постепенно, по мере проведения экономических реформ, включая доступ к единому рынку. Второе обязательство заключается в том, что внутренние реформы ЕС не должны задерживать присоединение новых членов. Да, союз должен переосмыслить свою внутреннюю работу.
После расширения ЕС до 36 стран было бы глупо позволять правительству одной страны накладывать вето на коллективные действия, как это происходит сейчас в отношении иностранных дел и налогообложения.
Общая сельскохозяйственная политика потребует радикальной реформы и сокращения, чтобы не допустить слишком больших субсидий украинским олигархам и фермерам. Последнее – извлечение уроков из прошлых расширений. Большинство стран, которые проводят реформы, чтобы попасть в ЕС, остаются на правильном пути и становятся более свободными и процветающими. Но некоторые из них пошли по плохому пути: Венгрия и Польша нарушили нормы ЕС, которые они сами же подписали. Если мы хотим, чтобы Евросоюз принял новых членов с шатким послужным списком, у него должны быть механизмы наказания за плохое поведение.
Для начала следовало бы упростить процедуру удержания средств ЕС от недобросовестных режимов. Это справедливо и начало происходить. Перспектива расширения пугает. Но Европа, хорошенько подумав, уже прыгала в неизвестность и добилась своего. Греция, Португалия и Испания были приняты примерно через десять лет после свержения жестоких диктаторских режимов, и теперь они процветают как динамичные, демократические государства. В 2004−2007 годах блок принял десяток новых членов, большинство из которых находились под советским игом. То, что тогда казалось невозможным, сегодня вспоминается как неизбежное и жизненно важное. Более того, для того чтобы Европа могла считаться силой в мире, ей необходимо показать, что она способна действовать. Откладывание расширения ослабит континент, а значит, и союз, лежащий в его основе.
