На следующий день после пожара жители Урумчи пришли к административному зданию и потребовали отмены ограничений, а 26 ноября власти заявили, что в городе прекратилось распространение коронавируса и там возобновит работу общественный транспорт.
В выходные 26−27 ноября многочисленные собрания прошли в других крупных городах – Шанхае, Нанкине, Сиане, Ухане и других.
Самая масштабная акция прошла в Шанхае, на улицы вышли десятки тысяч человек. Сперва люди со свечами пришли на улицу, названную в честь Урумчи, а затем протест усилился и перерос в демонстрацию, участники которой призывали к полной отмене локдауна и уходу в отставку главы Китая Си Цзиньпина (Xi Jinping), переизбравшегося недавно на третий срок. Протестующие держали в руках белые листы бумаги как символ цензуры в Китае. Не некоторых листах было написано число 10 в память о десяти жертвах пожара.
В понедельник, 28 ноября, в Гонконге на улицы вышли около 50 студентов. Они скрывали своё лицо и держали плакаты «Никаких ПЦР-тестов, только свобода!» и «Против диктатуры, не будьте рабами!», а 29 ноября протест сошёл на нет.
Такие демонстрации крайне редки в Китае, где власти быстро принимают меры по искоренению всех форм инакомыслия. Власти особенно настороженно относятся к протестам в университетах после того, как в 1989 году демонстрации за демократию переросли в массовый протест с подавлением на площади Тяньаньмэнь в Пекине. Митинги против коронавирусных ограничений стали крупнейшим проявлением оппозиции правящей Коммунистической партии за последние десятилетия. «Власти смягчили некоторые правила, по-видимому, чтобы попытаться подавить общественный гнев, но правительство не проявляло никаких признаков отказа от своей более масштабной стратегии борьбы с коронавирусом, и аналитики ожидают, что власти быстро заставят замолчать инакомыслящих», – полагает Associated Press.
Пекин проводит политику «нулевой терпимости к COVID-19», которая предполагает продолжительные локдауны и массовые тестирования в случае выявления очагов заболевания. Например, в Шанхае весной 2022 года больше двух месяцев большинство жителей 26-миллионного города оказались заперты в своих домах, офисах или специальных карантинных центрах.
Китайские власти считают, что такая политика даёт свои плоды, поскольку с начала пандемии от последствий COVID-19 в стране скончались 5200 человек, в то время как в других странах счёт идёт на десятки и сотни тысяч (в США, по официальным данным, скончались 1,1 млн человек, в Германии – 150 тысяч, а в России около 350 тысяч).
Впрочем, у наблюдателей официальная статистика Китая вызывает скепсис: китайские вакцины показали не слишком высокую эффективность, а локдаун ведёт к замедлению экономики и гибели людей от побочных заболеваний – многим не дают посещать врачей. В сентябре в городе Чэнду части жителей запретили выходить на улицу даже во время землетрясений, известны случаи, когда люди были вынуждены голодать в своих домах, потому что службы доставки не справлялись с объёмом заказов.
«Почти три года локдаунов означают слабый естественный иммунитет. Западных вакцин на базе мРНК Китай не ввозил из-за близорукого национализма руководства, а отечественная Sinovac слабее защищает от мутантных вариантов», – указывает The Wall Street Journal.
Это означает, что если ослабить ограничения, в стране начнётся взрыв заболеваемости. В условиях локдауна 28 ноября был установлен пятый подряд рекорд по числу заболевших (чуть больше 40 тысяч случаев).
Если же оставить всё как есть, китайской экономике придётся ещё хуже. Протесты и последовавшая за ними реакция Пекина привела к обрушению китайских рынков. 28 октября основные китайские индексы заметно просели и не вышли из красной зоны на закрытии, а прогноз роста экономики Китая по итогам года опустился уже на уровень ниже 3%.
Кирилл Балберов
