Пинчер покинул пост после того, как на него поступили сразу две официальные жалобы в комитет, занимающийся контролем за нарушениями правил проведения парламентских мероприятий. Согласно жалобам, на прошедшей накануне вечером встрече парламентариев в джентльменским клубе Carlton, считающимся официальным клубом Консервативной партии, Пинчер напился и дважды пытался прикоснуться ненадлежащим образом к присутствовавшим там членам парламента.
Британское законодательство оценивает ненадлежащие прикосновения как сексуальные домогательства и совсем запрещает прикасаться к кому бы то ни было без его (её) согласия. Парламентарии вовсе не были рады, что к ним тянет руки пьяный коллега одного с ними пола – и наутро подали официальные жалобы. Ни тот, ни другой жалобщик не заявили в полицию (хотя имели право это сделать), но и терпеть не стали тоже, обратившись в парламентский контрольный комитет.
Как только новость дошла до Пинчера, он тут же подал отставку с поста главы наблюдательной службы. В официальном объяснении он извинился за своё поведение и объяснил его тем, что был сильно пьян. Премьер-министр Борис Джонсон (Boris Johnson) выступил в печати сразу после отставки Пинчера, подтвердив, что удовлетворён ею и считает историю законченной. Если бы дело на этом завершилось, отставка позволила бы Пинчеру остаться членом парламента со всеми прилагающимся к этому благами. Но общественность возмутилась и потребовала от премьер-министра полностью вывести провинившегося из парламента, куда он попал как кандидат от Консервативной партии.
История стала причиной для критики премьера, причём сразу по двум причинам. Первая состоит в том, что Борис Джонсон не вывел Пинчера из парламента сразу же. Либералы и либерал-демократы в осуждении по этому поводу на редкость единодушны и дружно упрекают консерваторов, что на их премьера снова пришлось нажимать, чтобы заставить сделать что-то правильное. Сам Джонсон в ответ возражает, что просто хотел дождаться, пока по жалобам закончится официальная проверка.
В процессе проверки деятельности Пинчера всплыли ещё шесть аналогичных случаев с прикосновениями к мужчинам в рабочей обстановке за последние несколько лет. Пинчер в ответ отказался давать интервью, но сообщил, что обратился по этому поводу за медицинской помощью.
Вторым поводом для критики стал факт, что Пинчер был выдвинут на высокий пост именно Борисом Джонсоном. Проблема в том, что до этого Пинчер уже занимал должность инспектора наблюдательной службы, но в 2017 году был вынужден уйти в отставку после случая, аналогичного нынешнему – на него подали жалобы два члена Консервативной партии за ненадлежащие прикосновения. Джонсон заявил, что ничего не знал об этом – при этом и враги, и сторонники дружно засомневались в том, что можно назначить человека на высокую должность, не заметив и не узнав, что он уже однажды уходил из этой организации в отставку. Впрочем, премьер явно обладает избирательным зрением – не так давно он всерьёз и официально уверял, что не знал о проведении в его резиденции вечеринки, на которую было приглашено почти сто человек.
За поведение Пинчера премьер-министр, разумеется, не отвечает, но, по мнению многих, такие высокие государственные посты нельзя предлагать тому, кто нарушает закон. Британская пресса по этому поводу в очередной раз обсуждает вопрос двойных стандартов, существующих в Консервативной партии, а её политические оппоненты, особенно лейбористы, заняли довольно жёсткую позицию, обвиняя тори в пренебрежении национальными интересами.
Расстановку политических сил произошедший скандал вряд ли изменит немедленно, но он добавил очередную каплю в чашу недоверия правительству, снизив и так невеликие шансы тори на победу в выборах.
Елена Чернявская, Лондон
