Многие немецкие коммуны не справляются с наплывом людей, а призывы проявлять солидарность уже не находят такого отклика, как в первые месяцы российской агрессии. Если украинские беженцы пока могут рассчитывать на неограниченное по срокам пребывание в ФРГ, то граждан других стран, чьи ходатайства о предоставлении политического убежища были отклонены, ожидает высылка. Но и с ней у властей возникают трудности, и депортировать того, кто больше не должен находиться в стране, часто не удаётся.
Последний громкий случай – убийство двух человек в региональном экспрессе Киль – Гамбург. В конце января 33-летний уроженец Палестинской автономии без гражданства зарезал двух пассажиров, 17-летнюю девушку и 19-летнего юношу, и ранил ещё нескольких человек. Убийцу задержали свидетели преступления. С 2015-го по 2022 год преступник, прибывший в Германию как беженец, не раз попадал в поле зрения полиции и имеет судимость. Он был под следствием в общей сложности 12 раз за угрозы, нанесение телесных повреждений, порчу имущества, кражи и сексуальные домогательства. В январе он ударил ножом человека во время раздачи еды в гамбургском приюте для бездомных и был задержан, но 19 января отпущен на свободу, хотя, по данным полиции, нанёс «потенциально опасные для жизни раны». В последнее время у палестинца не было постоянного места жительства, с 2015-го по 2020 год он был прописан в Ойскирхене (Северный Рейн-Вестфалия). Незадолго до убийства беженец запросил разрешение на пребывание в ведомстве по делам иностранцев в Киле, откуда был отправлен в местное бюро прописки.
Убийство в поезде стало одним из поводов для встречи министров внутренних дел правительства и земель, посвящённой проблемам беженцев, которую созвала глава МВД ФРГ Нэнси Фезер (Nancy Faeser). В центре её и коллег внимания был не столько трагический случай в поезде, сколько систематические проблемы, с которыми ежедневно сталкиваются ведомства Германии. Политики давно настаивают, что должна стать гораздо более эффективной система депортации тех, кто не имеет права на пребывание в ФРГ – но год от года этого невозможно добиться. Фактически только небольшая часть иностранцев, которые обязаны покинуть страну, делают это, и ситуация остаётся сложной.
По закону иностранцы из стран, не входящих в Евросоюз и не имеющие вида на жительство, обязаны покинуть ФРГ немедленно или в течение определённого периода времени. Лицо, «принудительно обязанное покинуть страну» – тот, кто въехал в Германию без разрешения и не подал ходатайство о предоставлении убежища, или если ходатайство было отклонено в последней инстанции. Если человек не покидает страну добровольно, теоретически он может быть депортирован.
В стране живут около 300 000 человек, подлежащих высылке. Большинство – с отсрочкой депортации (Duldung), их высылать нельзя. Отсрочки выдаются в разных ситуациях: если отсутствуют документы, не установлена личность, человек болен или существуют гуманитарные причины, препятствующие выезду из страны (например, окончание школы или обучения), а также если не позволяет депортировать ситуация в стране происхождения.
Высылки – в компетенции земель, но иногда они принимают совместные решения о запрете депортации. Конференция глав МВД земель постановила, что до дальнейшего уведомления не будет производиться депортация в Иран (за исключением правонарушителей). Но даже нарушивших закон иностранцев высылают из Германии далеко не всегда. Преступника возможно депортировать, когда от него исходит угроза общественной безопасности. В таком случае необходимо взвесить, перевешивает ли общественный интерес к тому, чтобы иностранец покинул страну, его интерес остаться (например, если у него семья). Признанные беженцами могут также лишиться статуса в рамках процедуры отзыва и аннулирования, инициированной Федеральным ведомством по вопросам миграции и беженцев (BAMF). В отношении убийцы «из поезда» эта процедура была запущена, но решение затянулось на годы.
Подлежащего депортации невозможно выслать без согласия страны происхождения. По данным европейского статистического ведомства Eurostat, в 2021 году во всех государствах ЕС были приняты 340 000 решений о возвращении на родину, но высылка произошла в 21% случаев. До пандемии это были 29%. Еврокомиссия указывает, что зачастую страны ЕС даже не предпринимают попытки связаться с соответствующими ведомствами в странах исхода. Такое происходит при рассмотрении только 16% дел о депортации, в основном потому, что эти страны не проявляют интерес принимать своих граждан обратно и отказываются сотрудничать. В соответствии с международным правом такое обязательство существует, но его легко обойти.
Большинство просителей убежища не имеют документов, удостоверяющих личность, – родная страна должна сначала её подтвердить и выдать новый документ. После нередко обременительной идентификации выданные документы зачастую действительны лишь несколько месяцев: когда срок прошёл, процедура начинается заново. Некоторые страны требуют предъявить паспорт для выдачи временного документа, а это невозможно, и, соответственно, невозможна и депортация. Бедные страны вообще не слишком ждут своих граждан из Европы, многие не стремятся принимать обратно нарушителей закона.
Немецкие органы внутренних дел ведут списки стран происхождения, разделяя их на группы – от желающих сотрудничать до «проблемных». Эти списки не публикуются, чтобы не вызывать недовольство за рубежом, но многие тенденции ясны. Сотрудничество с западнобалканскими государствами проходит без нареканий, не в последнюю очередь потому, что имеется инструмент политического давления – в противном случае их граждане могут лишиться безвизового въезда в ФРГ. Ряд других стран, особенно в Северной Африке, сотрудничать отказываются.
Даже если соблюдены все требования закона, до депортации часто не доходит. Высылают в принципе только тех, кто согласился с отъездом – другие то и дело скрываются незадолго до депортации. Люди используют разные удостоверения личности, отказываются подписывать документы, обращаются к специализирующимся на правах иностранцев юристам, которые сознательно затягивают процесс, или в последний момент предъявляют медицинские справки, что тоже предотвращает высылку.
В BAMF считают, что временной промежуток, к которому «нужно стремиться» при возвращении на родину не получившего убежище – около полугода. В первые шесть месяцев после введения обязательства покинуть Германию уезжает вдвое больше людей, чем в последующие два года. По истечении шести месяцев увеличивается вероятность того, что лица, обязанные покинуть страну, впоследствии получат отсрочку. Если до депортации всё же доходит, она дорого обходится госбюджету, хотя земли стараются проводить процесс высылки совместно. Правительство предоставляет полицейских, которые сопровождают депортируемых в автобусах или на борту самолёта. Он уже зафрахтован – но часто места занимают всего несколько пассажиров. Ещё в 2017 году канцлер Меркель (Angela Merkel) призывала «напрячься», чтобы случаи депортации не оставались единичными. Те же задачи ставит правящая коалиция, они обсуждались и на встрече, организованной Нэнси Фезер, – но пока неясно, что позволит ускорить крайне тяжёлый процесс высылки не получивших убежище.
Максим Смирнов
