Впервые с начала войны украинская экономика выглядит более здоровой, чем российская, пишет The Economist. Она все еще на четверть меньше, чем до вторжения, однако по сразу нескольким ключевым показателям превосходит российскую. Украина смогла добиться этого благодаря решениям властей и помощи Запада. Однако сейчас начинается новый этап в экономике страны, когда Киев сталкивается с самыми большими угрозами.
Журнал перечисляет показатели, по которым украинская экономика выглядит лучше российской: прогноз Нацбанка по росту ВВП на 4% в 2024 году и на 4,3% в 2025 году, стабильная валюта и учетная ставка на близком к минимуму за 30 месяцев уровне в 13,5%. «Сравните это с Россией, где ставка вскоре должна достичь 23%, чтобы остановить падение рубля, банки выглядят хрупкими, а ВВП должен вырасти всего на 0,5–1,5% в 2025 году», — говорится в тексте.
Предпринятые с 2022 года меры позволили Украине сохранить ресурсы и моральный дух, пишет журнал. The Economist выделяет три этапа в экономике страны с 2022. На первом, когда шли тяжелые бои, действия Нацбанка были подчинены военным целям: он профинансировал половину дефицита бюджета, ввел строгий контроль за движением капитала, наводнил банки ликвидностью. Инфляция резко выросла, а ВВП сократился на треть.
Второй этап совпал с контрнаступлением Украины в Херсонской и Николаевской областях в августе 2022 года. ВВП стабилизировался. Украина смогла снова экспортировать зерно. Центробанк стал бороться с инфляцией, прекратил финансировать дефицит бюджета, восстановил валютные резервы и ослабил контроль за движением капитала. Производства перенесли в более безопасную западную часть страны, а ресурсы перераспределили с учетом затяжного характера конфликта. Летом 2023 года, когда Россия отказалась продлевать зерновую сделку, Украина сама открыла морской коридор, который позволил ей сохранить приток валюты и экспортировать не только зерно, но и металлы и минералы.
Сейчас начинается третий этап, когда экономика Украины сталкивается с самыми большими угрозами: острой нехваткой электричества, людей и денег, продолжает The Economist. Россия атакует украинскую энергосистему, но сейчас Киев лучше подготовлен к этому. Власти увеличили импорт электричества из ЕС на четверть, производители продуктов перерабатывают отходы в биогаз, фермеры пользуются дизельными генераторами, а средние предприятия используют газовые генераторы, ветровую и солнечную энергию.
Нехватка людей — самая острая проблема, с которой сталкивается Киев, пишет издание. Мобилизация, миграция и война привели к сокращению рабочей силы на одну пятую. На одну вакансию в среднем поступает всего 1,3 заявки против двух в 2021 году. Гражданские и военные власти спорят из-за масштабов мобилизации. Даже критически важные отрасли могут дать бронь только половине своих сотрудников, а нанимать больше женщин сложно: количество женщин, уехавших за рубеж, почти такое же, как количество мужчин, отправившихся на фронт, отметил сотрудник киевского Центра экономической стратегии Глеб Вышлинский.
Третья проблема — нехватка денег, добавляет журнал. Небольшой бизнес с трудом получает кредиты, финансирование долгосрочных капитальных расходов практически невозможно, а резкий рост расходов на ведение бизнеса ударил по его прибыльности. А расходы бюджета гораздо больше, чем доходы. Почти весь дефицит украинского бюджета в примерно 20% ВВП в 2025 году будет покрыт из внешних источников.
Павел Прошин
