За каждой такой цифрой и в мирное время стоят боль и муки, а в военное, когда женщины вынуждены рожать в подвалах, а то в метро – и подавно. «Дети войны» – так называли до недавнего времени людей, которым на момент окончания Второй мировой войны не исполнилось 18 лет. Теперь в Украине – дети новой войны.
«Мне повезло, тут хороший подвал»
Анне – 32 года, её дочери Софийке – три дня, и она первые часы своей жизни видела не солнечный свет, а потолок подвала, в котором родилась.
«Муж настаивал, чтобы я выехала, сразу, в первый день войны. Но я чувствовала, что надо остаться, что тут мне будет легче. Банальная фраза, что дома и стены помогают. В моём случае это оказались стены подвала», – смеётся Анна.
Роды у харьковчанки принимала в подвале бригада скорой помощи. По их словам, было принято решение не везти Анну в больницу, так как началась вторая стадия родов. Девочка родилась здоровой: весом 2,7 кг, ростом 50 см – это 7−8 баллов по шкале Апгар (система, по которой оценивают жизненно важные показатели новорождённого, где 10 баллов – оценка полностью здорового ребёнка).
«Мне ещё повезло. Тут хорошо оборудованный подвал, не настоящее бомбоубежище, но есть два выхода, тепло и, можно сказать, даже уютно. Спасибо соседям, с которыми мы удивительно сплотились за это время, все друг другу помогают. Думала ли я, что придётся рожать в подвале? Конечно, нет, так же, как никто из нас в глубине души не верил в то, что начнётся война. Настоящая. С бомбами, минами, насилием. Но я верю в скорую победу, не планирую выезжать из Харькова, и когда-нибудь мы с мужем расскажем Соне историю её необычного рождения», – добавляет Анна.
«Во время родов включаем пациенткам музыку»
Харьковский перинатальный центр на Салтовке (один из самых больших спальных районов, в котором до войны жило больше 300 000 человек и который во время войны особенно сильно страдает от обстрелов) – самым мощный в Харьковском регионе по предоставлению акушерско-гинекологической и неонатологической помощи, в том числе при преждевременных родах. Кроме того, тут вынашивают новорождённых с экстремально низкой массой тела. До войны в центре было 800 работников, в том числе 120 врачей. Во время войны некоторые из них неделями не появлялись дома.
«С 24 февраля впервые я попал домой ровно через месяц, 24 марта, – рассказывает акушер-гинеколог Валерий. – Ведь к нам привозят и ночью, со сложными случаями, с кровотечениями. А персонала в центре осталось не так много. Но за всё это время ни одна пациентка не жаловалась на взрывы, не устраивала истерик, хотя, понятно, у них нервы на пределе. На родах мы стараемся включать успокаивающую музыку».
По словам акушерки Карины, в подвале проводились и уроки для молодых мам, здесь же была развёрнута и молочная кухня со строгим соблюдением санитарных норм. «Удивляла и восхищала всеобщая поддержка, – говорит Карина. – Все поддерживали всех. Не надо было никого ни о чём просить, помощь приходила ещё до просьбы. Мамы, зная, что наверху, в родзале, вот-вот родится малыш, спрашивали, переживали за будущую маму. А когда рождался ребёнок, из подвала доносились аплодисменты».
Светлану перевели в реанимацию сразу после родов, её недоношенную девочку на руках держал Михаил, отец.
«Выглядел он растерянно, – говорит акушерка. – Но выписывались они уже счастливые. Помахали мне рукой на пороге больницы, сели в машину, а вдалеке продолжала грохотать артиллерия».
Впервые перинатальный центр попал под сильнейший обстрел 17 апреля. Тогда российская армия обстреляла сразу несколько больниц в Харькове. Рожениц стали переводить в другие медучреждения. Второй раз обстрел был 30 апреля – ещё более сильный, били «Градами» и «Смерчами». В итоге, по словам спасателей, частично оказались разрушены бетонные конструкции и оконные рамы технического этажа центра, а также вспыхнул пожар на 5 этаже. К счастью, никто не пострадал.
«Готова с ребёнком в коляске разбирать завалы»
19-летняя Виолетта родила ребёнка в роддоме, а после выписки сразу спустилась в метро – там безопаснее всего. Муж девушки – на фронте, и она отправляет ему фотографии малыша. Волонтёры привезли Виолетте кроватку и коляску.
«Теперь гуляю с этой коляской по платформе. Стараюсь каждый раз выбирать разные маршруты, если так можно сказать. Очень хочется гулять на свежем воздухе, чтобы сын видел солнце, а папа каждый день видел сына, – говорит Виолетта. – Уверена, что после войны мы отстроим Харьков очень быстро, и он станет ещё красивее, чем прежде. Сама готова помогать, приеду с коляской разбирать завалы».
Ждёт возможности погулять по родному городу и Алёна – роженица, которой удалось уехать из оккупированного Старого Салтова – посёлка под Харьковом – и эвакуироваться в Полтаву. Здесь девушка родила тройню – трёх девочек!
«Узнала на шестой неделе беременности. Тогда сказали, что точно двойня, а третий плод – под вопросом. А на восьмой неделе уже точно сказали, что тройня. Муж шутил, что на следующее УЗИ со мной не пойдёт – вдруг там окажется четвёртый ребёнок», – рассказывает Алёна. В Полтаве харьковчанка родила здоровых девочек. Вопреки тому, что многие советовали ей выбрать имена Вера, Надежда и Любовь, родители назвали тройняшек Анастасия, Дарья и Диана. Кстати, имена сёстрам выбирали старшие братья – в семье уже есть двое сыновей.
«Конечно, про УЗИ я шутил, я очень счастлив, что, кроме сыновей, у меня теперь ещё есть три красавицы-дочери, – улыбается муж Алёны. – Говорят, что девочки рождаются к миру. Будем надеяться, что это счастливый знак».
Алина Дыхман, специальный корреспондент «РГ/РБ» в Харькове
