В 4 утра в среду по местному времени прекращение огня вступило в силу на ливано-израильской границе.
Несмотря на всю хрупкость соглашения и почти полную неспособность ливанской армии реально противостоять Хизбалле, у мира все — такие есть шанс.
В отличие от резолюции Совбеза ООН №1701, принятой в 2006 году, у нынешнего соглашения о перемирии с Ливаном есть существенный механизм контроля за поставленными Израилем условиями и гарантии США.
Выполнение этих условий, и прежде всего отсутствие любых негосударственных вооруженных формирований в Южном Ливане, будет контролировать специальный комитет, состоящий из представителей США и других западных стран.
Также к договору приложено гарантийное американское письмо, согласно которому за Израилем признается право свободно действовать в южном Ливане против любых нарушений ливанских обязательств по соглашению. В остальных регионах Ливана – за Израилем остается право на ликвидацию возникающих угроз, если ливанские власти не могут или не хотят самостоятельно устранять таковые.
В этом же гарантийном письме оговаривается, что Израиль и США будут обмениваться разведданными относительно иранского вмешательства во внутренние дела Ливана, включая поставку оружия, присутствие иранских военных и т. п. Также израильские и американские спецслужбы будут собирать информацию относительно возможного проникновения «Хизбаллы» в структуры ливанской армии в южном регионе.
Израильская боевая авиация, согласно этому документу, может летать над Ливаном в патрульных и разведывательных целях, но ей запрещено преодолевать звуковой барьер над ливанской территорией.
Соглашение откроет новую эру для растерзанной и все еще остающейся прекрасной страны. Фактическая оккупация Ливана «Хизбаллой» заканчивается. Теперь сунниты, друзы, христиане и другие силы снова смогут объединиться ( если смогут) и воссоздать структуры управления государством.
Возможно, это всего лишь иллюзия надежды, и государство в Ливане умерло безвозратно, такой диагноз ставят многие эксперты. Но даже иллюзия лучше полной безнадеги, в которой прожил Ливан последних полвека.
Павел Прошин
