Исследователи изучили этот вопрос в ходе эксперимента с участием 4400 немецких домов, которые отапливаются природным газом. Прямая материальная выгода не является для многих побуждением к экономии – частные домохозяйства отреагировали на предложение денежной премии за снижение потребления энергии гораздо слабее, чем предполагалось. Деньги мотивировали экономить газ только 11% немцев.
Профессор экономики Мангеймского университета Андреас Герстер (Andreas Gerster) объясняет это тем, что финансовые стимулы имеют влияние только до определённого момента, а более высокая премия «вряд ли мотивирует больше людей экономить».
Прошлой осенью правительство, в первую очередь – министр экономики Роберт Хабек (Robert Habeck), активно призывали население ФРГ снизить потребление энергии. Обсуждались, но были отвергнуты и варианты платить за экономию реальные деньги. По мнению Герстера, многие жители страны задолго до зимы решили, будут экономить или нет. «Но если политики дадут жизнь новой программе с высокими премиями, кого-то она обязательно стимулирует».
Участникам эксперимента в прошлом октябре были предложены сто евро без необходимости добиться какой-либо экономии и более значительные суммы при достижении определённых целей. Подводя итоги, Герстер считает, что домохозяйства, участвовавшие в эксперименте, делятся на две основные группы. Первая – незаинтересованные, которые и при более высоких ценах продолжат обогревать жильё, как прежде. 42% получивших предложение участвовать в эксперименте домохозяйств выбрали гарантированную премию в 100 евро без каких-либо условий вместо 1500 евро при экономии. Другая группа – мотивированные, но они снижали бы потребление энергии и без премий, точнее, 47% согласились всего на 100 евро и при достижении поставленных целей. Высокие цены на энергию уже заставили экономить всех тех, кто к этому принципиально готов. Соответственно, доля тех, кого можно было бы уговорить экономить, пообещав вознаграждение, довольно низкая, и дополнительные финансовые стимулы вряд ли сработают – а нагрузка на госбюджет возрастёт.
Участникам эксперимента предлагалось сберечь от 700 до 4200 кВт•ч природного газа – 5−30% расхода среднестатистического домохозяйства. За экономию были обещаны премии в диапазоне от 100 до 1500 евро. Среди готовых попытаться сберечь энергию 50% соглашались на небольшую экономию и всего 100 евро. Исследователи считают, что эти люди решили таким образом мотивировать себя к сокращению потребления. При этом 40% были готовы попробовать добиться и максимально возможной экономии в 4200 кВт•ч.
Определённую роль сыграл и уровень доходов. Домохозяйства, у которых он высокий, чаще соглашались на премию; вариант «деньги в обмен на энергию» выбрали 61% домохозяйств с ежемесячным доходом выше 5700 евро и только 34% – с доходом 1400.
Тем не менее экономист Герстер по поводу бесперебойного снабжения Германии энергией будущей зимой довольно оптимистичен. Мягкие погодные условия этому способствуют, уровень запасов в газохранилищах высок, введённый правительством механизм торможения роста цен проявляет эффективность. При чрезвычайной ситуации экономист советует полагаться на поведенческие стимулы вместо финансовых. Например, домохозяйства должны получать конкретную информацию о текущем потреблении и иметь возможность установить для себя цели по экономии энергии. «До сих пор непонятно, окупаются ли на самом деле мои собственные усилия по её сбережению», – считает Андреас Герстер. А полученная в нужный момент информация помогает менять потребительские привычки. Но она будет уместна и важна для выделенной в ходе эксперимента группы мотивированных потребителей. Остальным же стоит уповать на то, что цены снизятся или хотя бы не будут расти дальше.
Не разделяет оптимизм мангеймского профессора глава Федерального агентства по сетям Клаус Мюллер (Klaus Müller). В компетенции его ведомства надзор за уровнем газа в газохранилищах. Сейчас это 64%, что соответствует нормативам – нехватка топлива в текущий отопительный сезон исключена полностью, но будущей зимой энергетическая безопасность Германии ещё не гарантирована. На стабильность энергообеспечения может повлиять целый ряд факторов, например, долгие холода и полный отказ от поставок газа из России. Население почти перестало экономить – в январе расход газа в ФРГ превысил обычный для этого месяца на 2%, тенденция к сокращению потребления прервалась впервые с апреля 2022 года.
Снижение цен на газ на оптовых биржах конечный потребитель в Германии тоже почувствует не раньше, чем через полгода-год, что зависит от сроков договоров, заключённых оптовыми поставщиками, и стратегии, которой они придерживались на пике кризиса – поднимать цены резко или постепенно. В любом случае сейчас поставщики намерены компенсировать понесённые потери.
Максим Смирнов
