наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 



«Что тебе снится, крейсер „Аврора“?»

Вам снятся сны? Когда я слышу от людей, что они не видят снов, мне становится их ужасно жалко.
 


 Правда, я знаю, читала – им только кажется, что ничего не снится, на самом деле они просто снов не запоминают. Но ведь это всё равно, что их нет. Как скучно, должно быть, так спать. Мне снятся сны каждую ночь напролёт, и просыпаюсь я с таким чувством, как будто прожила наполненный, интересный кусок жизни. Хорошо ещё, что я не верю в их мистическое значение, а то бы полдня проводила с сонником в руках. Однако то, что я не придаю сновидениям никакого метафизического смысла, никак не умаляет их важности для меня. Иногда это как сигнал: э, дорогая, а ведь этот человек больше значит для тебя, чем ты думала. Иногда событие, произошедшее в реальности, во сне поворачивается такими гранями, которые мне наяву были совсем незаметны, я вижу случившееся с неожиданной стороны, что-то, казавшееся мелочью, вдруг вырастает в суть, и я понимаю, что так оно, в сущности, и было. Иногда там, в стране грёз, внезапно вспоминается то, что казалось прочно забытым. Словом, сны – ещё одна жизнь, и я порой даже не могу уверенно сказать, какая из них – сновидения или реальность – ярче.

Почему-то сложилось так, что во сне все ушедшие близкие – непоколебимо и прочно живы, и знания о том, что их уже нет, я лишаюсь начисто. Всякий раз, когда мне снится мама, наутро я уверенно чувствую: только что побыла с ней, поговорила, ощутила снова её необъятную любовь ко мне, как это было всегда, до последнего её дня. Друзья, которых нет больше, в моих видениях неизменно радостны, веселы и беззаботны, мы смеёмся, куда-то спешим, что-то делаем вместе, и мне даже в голову не приходит, что с ними что-то не в порядке – так, может быть, на самом-то деле, с ними как раз всё и есть в порядке?

Бывают, конечно, неприятные сны, но они редко представляют собой полновесные кошмары – чаще всего в них объективно ничего ужасного не происходит, это просто мне от них не по себе. В детстве мне много раз снился монохромный статичный сон: просто такая застывшая картинка, в которой на широких ступенях застыли строители метро, в робах, с отбойными молотками или чем-то ещё, чем они там орудуют, и это было невыносимо жутко. Я просыпалась с криком, и маме с трудом удавалось меня успокоить. А вскоре после приезда в Мюнхен начало часто сниться, что я по какому-то недоразумению оказалась в Москве, иду по улице и вдруг понимаю, что в Германию больше никогда попасть не смогу: нет паспорта, не дадут визу, не продают билетов – это было по-настоящему страшно, но мне объяснили друзья, приехавшие не десятилетие раньше, что это классический эмигрантский сон, и он перестанет сниться, когда я по-настоящему здесь обживусь. Он, кстати, и действительно перестал.

Иногда я путаю сон и реальность и даже теперь не могу сказать с уверенностью – правдиво ли ощущение, которое настигло меня, когда я впервые попала на центральную площадь Мюнхена: мне казалось, что всё это я видела когда-то во сне – самоё площадь, статую Золотой Марии посреди неё, здание ратуши, с острыми прелестными башенками, розовые цветы на её стенах. Откуда бы мне в Москве мог присниться Мюнхен? Разве что, по невероятному совпадению, я где-то мельком видела картинку и тут же позабыла, а во сне она всплыла – со мной ведь такое бывает.

И вот что удивительно: чем старше я становлюсь, тем чаще в моих снах всё, что в жизни не задалось, улаживается наилучшим образом, всё потерянное когда-то, важное, опять у меня, всё сломанное снова цело и работает, а уж мои прежние собаки – естественно, живые – ещё краше и милее, чем прежде. Очевидно, моя неискоренимая жизнерадостность во сне берёт верх окончательно, ну, или, может быть, по ночам я проживаю какой-то оптимизированный вариант действительности. Например, во сне я летаю. Нет, не сама собой, по воздуху – этот сон остался в детстве, – а лечу в самолёте. В реальности это совершенно невозможно, потому что у меня жестокая аэрофобия, но ночью её нет. Я с комфортом располагаюсь в салоне, рассматриваю Землю в иллюминаторе, и это так увлекательно – и что самое главное, не чувствую ни малейшего страха, я свободна, наконец-то свободна от него.

В снах я виртуозно вожу машину, она подчиняется мне, как рука или нога, – а ведь на самом деле я всегда была неумелым и неуклюжим водителем, и в конце концов так и забросила это дело. Но по ночам я истинный Шумахер, и моя машина легко скользит по дороге, уверенно берёт повороты, а я не испытываю того тяжёлого напряжения, которое преследовало меня за рулём, и мне кажется, что так было и будет всегда. А уж как я плаваю во сне! Излишне говорить, что наяву я не могу проплыть и метра. Зато в ночных видениях я рассекаю воду с необычайной скоростью, только стайки рыб прыскают во все стороны. Во сне у меня всё и всегда хорошо.

…Что-то в последнее время у меня как-то звёзды неудачно встали, всё не ладится, всё не так. Пойти, что ли, поспать? Ведь всё равно: «Из вещества того же, как и сон, мы созданы, и жизнь на сон похожа. И наша жизнь лишь сном окружена».


Ирина Стекол

№ 15, 2011. Дата публикации: 15.04.2011
 
 
деле снов жизнь сон уверенно настоящему сне чувствую ночам сны реальности снах реальность снятся прочно друзья видениях берёт площадь
 
 
 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Ирина, не еште на ночь, смените работу с...

Имя
 
Сообщение