наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
Общество


Как живут люди с депрессией

Ежегодно в мире в результате депрессии около 800 000 человек заканчивают жизнь самоубийством. При этом вокруг этого заболевания до сих пор бытует немало мифов и заблуждений. «РГ/РБ» поговорила с девушкой, почти 10 лет страдающей от этого расстройства, а также с клиническим психологом о том, как это – жить с депрессией.
 


ВНИМАНИЕ! Не читайте эту статью, если вас посещают мысли о самоубийстве. В этом случае, пожалуйста, обратитесь за помощью специалистов.

«Депрессия началась у меня в одно время с подростковым возрастом, мне было примерно 13 лет. В 15 я уже получила официальный диагноз. С самого детства я была скорее стеснительным человеком, меня никто особенно не любил. В начальной школе началась травля, и я стала изгоем. С тех пор мало что изменилось. До 10 класса я проучилась в школе, хотя последние месяцы я в основном прогуливала, потому что уже не могла этого выносить, я совсем никому там не нравилась», – рассказывает Анна-Мария Маттисен (Anna Maria Matthiesen). 22-летняя девушка живёт в маленьком городе Итцехо в Шлезвиг-Гольштейне, из-за диагноза работать она не может, но по мере возможности старается воспитывать маленького сына. После окончания школы Анна-Мария поняла, что её психическое состояние не позволяет ей ни получать образование, ни работать. Тогда мама отвела её к врачу, где девушке поставили сразу несколько диагнозов: депрессия и бордерлайн (пограничное расстройство личности).

«Депрессия – это психическое расстройство, которое есть в международной классификации болезней. Основные критерии, по которым мы понимаем, что у человека депрессия – это подавленное настроение, потеря способности сосредоточения внимания, низкая самооценка, нарушенный сон, сниженный аппетит и потеря веса. При депрессии человек может брать больничный и проходить лечение у психиатра, как у любого другого врача», – говорит клинический психолог Анастасия Филиппова. Психологи, в отличие от психиатров, различают депрессию эндогенную и экзогенную (невротическую). При эндогенной депрессии в организме человека нарушается биохимический состав и его нейромедиаторы не посылают достаточное количество сигналов. При этом человек физически может ощущать, как у него болит тело, сердце – это называют витальной тоской. Экзогенная депрессия, напротив, вызывается какими-то внешними стимулами. Например, при потере близкого человека или расставании с партнёром. Большое количество стресса, наследственная предрасположенность, травмы головы и сбои гормонального фона также могут стать причинами развития этого заболевания. При первом виде депрессии ведущую роль в лечении играет психиатр и медикаментозная терапия, при втором – делается акцент на психотерапии.

«Первые годы депрессии были очень тяжёлыми, потому что я не до конца понимала, что со мной происходит и что означают мои мысли и чувства. Очень сложно описать, как ощущается депрессия. Тебе не грустно, но и счастливым ты себя назвать не можешь. Голова абсолютно пустая, ты чувствуешь себя беспомощным. Когда я нахожусь в депрессивной фазе, мне нужен только покой, я просто хочу быть одна. В основном я лежу на диване и смотрю в пустоту. В голове полно плохих мыслей, которые меня мучают», – делится ощущениями Маттисен. Депрессия считается болезнью в первую очередь потому, что человек теряет свою работоспособность. Снижается внимание, человек очень быстро устаёт, иногда он даже не может подняться с постели. Сон нарушается настолько, что люди либо спят всего несколько часов, либо целыми сутками. И если депрессию не лечить, то она может привести к летальному исходу – самоубийству человека, считает психолог Филиппова.

«Если в течение двух недель наблюдаются сниженное настроение, потеря аппетита, серьёзные нарушения сна, хроническая усталость и снижение концентрации внимания, следует незамедлительно обратиться к врачу», – настаивает психолог. В апреле 2019 года Анна-Мария впервые решилась на этот шаг. Девушка добровольно обратилась в психиатрическое отделение гамбургской клиники, однако по прибытии почувствовала себя там ненужной, в результате чего у неё начались панические атаки. Терапия не состоялась. На тот момент Маттисен уже была беременна и на фоне гормональных изменений воспринимала всё происходящее ещё острее, чем обычно. Поэтому, вернувшись из клиники домой и заметив, что вся семья разочарована в ней, девушка впала в ещё более глубокую депрессию.

«В последние месяцы беременности я чувствовала себя хорошо, но сразу после рождения сына у меня началась послеродовая депрессия. В марте 2020 года я предприняла новую попытку получить помощь в больнице. И у меня получилось! Я провела две недели в стационаре и чувствовала себя очень комфортно, смогла открыться другим пациентам. Они приняли меня, и я смогла хотя бы на время оставить депрессию позади. К сожалению, с того момента прошло уже много времени», – вспоминает Анна-Мария.

Согласно статистике ВОЗ, ежегодно в Европе в среднем 25% населения страдает от депрессии. До 50% длительных отпусков по болезни также связаны с этим расстройством. И около половины серьёзных форм депрессии остаются невылеченными. В ФРГ на данный момент от этой болезни страдают 11,3% женщин и 5,1% мужчин. У женщин в целом риск заболеть депрессией в два раза выше. По последним данным, за год в Германии депрессивное расстройство было диагностировано у 8,2% населения – это 5,3 млн человек. Во всём мире от этого заболевания страдает более 264 млн человек. Ежегодно около 800 000 человек погибают в результате самоубийства – второй по значимости причины смерти среди людей в возрасте 15−29 лет.

Только за 2019 год в Германии покончили с собой 9041 человек – примерно 25 в день. При этом мужчины уходили из жизни таким способом гораздо чаще женщин, доля мужчин – 76%. Анне-Марии также не раз приходили в голову мысли о самоубийстве. «В прошлом я принимала очень много наркотиков. Пять раз я попадала в больницу с передозировкой, была на грани смерти. Сейчас я в завязке, но ментально чувствую себя плохо. Регулярные мысли о самоубийстве и самоповреждении – лишь малая часть того, что меня на самом деле беспокоит. Моего ребёнка воспитывает сестра, и я ужасно по нему скучаю. Мои нормальные депрессивные фазы постепенно переросли в очень тяжёлые. Вместе с этими эпизодами появляются и мысли о смерти. Однажды я была очень близка к тому, чтобы что-то с собой сделать, но струсила и больше не пыталась», – рассказала Маттисен.

Несмотря на столь высокие показатели заболеваемости и смертности, вокруг депрессии до сих пор бытует миф как о «болезни зажиточных людей». Это мнение может создать очень опасное предубеждение как у людей заболевших, так и у их близких. Оно может привести к тому, что человек не станет обращаться за помощью или же столкнётся с непониманием со стороны своего окружения. «Меня очень смешит утверждение, что депрессия – это болезнь богатых. Я часто с таким сталкиваюсь. У меня есть клиентка, молодая девушка с депрессией, которой мама говорит: „Просто у тебя много свободного времени. Тебя нужно отвести в онкологический корпус, посмотришь там на людей, больных раком, и сразу изменишь своё настроение“ или „Ты должна благодарить меня за то, что я тебя родила, а не ходить с такой кислой миной“. Но депрессия никак не связана с уровнем достатка или занятостью человека. Заболеть депрессией может абсолютно каждый», – рассуждает психолог Филиппова.

Кроме уровня достатка и социального благополучия депрессию также часто привязывают к возрасту – многие считают, что это болезнь взрослых людей. Однако это расстройство может возникать даже у совсем маленьких детей. Психоаналитики считают, что депрессия может появиться даже в течение первого года жизни. Например, у детей, от которых отказались родители. В таком возрасте это заболевание также проявляется в подавленном настроении, потери познавательного интереса и игровой деятельности.

Как для детей, так и для взрослых последние полтора года стали особенно тяжёлыми. Пандемия перевернула привычный уклад жизни и серьёзно сказалась на психическом здоровье всего мира. «Сам коронавирус обладает нейротоксичностью. Заразившиеся люди не только теряют обоняние, у них действительно снижается настроение, может даже начаться лёгкая депрессивная фаза или тревожное расстройство. В период самоизоляции, когда мы все закрылись в своих домах, мы столкнулись с чувством одиночества и непонимания со стороны самых близких людей. Когда все работали в разных местах, это было не так заметно. Кроме того, появилось огромное количество жалоб на беспокойство за будущее, отчаяние, возникли разные фобические расстройства», – рассказывает психолог. По словам Анны-Марии, пандемия коснулась её в меньшей степени, хотя за последний год у неё развились панические атаки, вследствие которых она не может находиться в общественных местах одна.

На вопрос, стоит ли ожидать роста депрессивных расстройств среди населения, психологи не могут дать однозначного прогноза. По словам Филипповой, если количество официальных диагнозов и увеличится, это будет связано, скорее, с просвещением в области психического здоровья и тем, что депрессию в принципе начинают признавать заболеванием. «Люди поймут, что постоянно подавленное настроение – это не норма, так не должно быть. И тогда депрессия станет чем-то вроде ОРВИ, когда человек на время заболевает и теряет работоспособность, но после обращения к врачу выздоравливает», – считает психолог.

Как ни странно, но у психологического просвещения может быть и обратная сторона. В последнее время многие специалисты замечают определённую склонность людей приписывать себе различные психические расстройства или, по незнанию, путать их между собой. «Мне кажется, что какая-то мода на депрессию действительно есть. Ко мне уже не раз обращались клиенты с просьбой диагностировать им депрессию. Якобы с диагнозом «депрессивное расстройство» им будет проще объяснить близким, что с ними происходит. Но на самом деле очень часто в таких случаях у людей не депрессия, а тревожное расстройство. В последнее время самым частым диагнозом стало «тревожно-депрессивное расстройство». Эти заболевания очень похожи. Порой сложно отличить симптомы депрессии от симптомов тревоги. Так что люди действительно склонны часто принимать то, что с ними происходит, за депрессию. Но потом, при более длительной диагностике, становится ясно, что мы говорим о тревожном расстройстве. И я думаю, что такая путаница возникает из-за того, что про депрессию больше известно, о ней больше говорят. А про тревогу – мало. Ну тревожненько человеку, какой-то он беспокойный, ну и что? Но тревога тоже может быть заболеванием», – объясняет Филиппова.

При общении с психологом одним из наших главных вопросов было: можно ли вылечить депрессивное расстройство? Ответ был однозначным – да, это лечится. Несмотря на бессонные ночи, страх и одиночество, Анна-Мария продолжает искать помощь и надеется найти специалиста, которому она сможет доверить все свои внутренние проблемы. «Как я вижу своё будущее? Как бы ужасно это ни звучало, но я уже на протяжении многих лет не вижу особого смысла в жизни. Мой сын – это единственная причина, по которой я ещё живу. Всё, чего я хочу, – это счастливо жить без депрессии, видеть, как растёт мой ребёнок и подарить ему классное детство без тех страданий, которые пришлось пережить мне», – говорит Анна-Мария.




Анастасия Сергеева

№ 29, 2021. Дата публикации: 23.07.2021
 
 
филиппова маттисен депрессии мария заболевания депрессией депрессию человека настроение жизни психолог мысли расстройства депрессия людей анна депрессивное девушка расстройство люди
 
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение