наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
Связь времён


Израильский политик и советский шпион

60 лет назад, 31 марта 1961 года спецслужбами Израиля был арестован по подозрению в шпионаже в пользу СССР высокопоставленный сотрудник министерства обороны Исраэль Бар (Israel Bar). Его разоблачение считается одним из крупнейших провалов КГБ.
 


Разобраться в жизненном пути Исраэля Бара непросто и сегодня. Биография Бара, известная с его собственных слов, была впоследствии полностью опровергнута. В ней было неправдой всё, начиная с истории о происхождении и заканчивая легендами о его военном прошлом. Поэтому сегодня известно, как развивалась и чем закончилась карьера этого изворотливого и успешного шпиона, но неясным является то, с чего она начиналась. Ответы на эти вопросы, вероятно, можно было бы найти в архивах российских спецслужб, но они остаются недоступными для исследователей.

Разведслужбы СССР вели активную деятельность в Палестине, находившейся под управлением Великобритании, ещё со второй половины 1920-х годов. Этот регион интересовал Москву в свете тогдашнего советско-британского противостояния. Уже тогда здесь начала создаваться региональная агентурная сеть советской разведки из числа прокоммунистически настроенных евреев-репатриантов из бывшей Российской империи, чей сионизм сочетался с верой в создание социалистического государства в Палестине.

По мнению историков, после образования Израиля в 1948 году, в силу разных причин страна была одной из самых просоветских в мире. Лидеры левого сионизма, стоявшие тогда во главе руководства еврейского государства, до поры искренне воспринимали СССР как пример построения социального государства равных возможностей для всех граждан. Портреты Сталина висели в кибуцах (сельскохозяйственных коммунах), тысячи израильтян с красными флагами и под лозунгами о советско-израильской дружбе выходили на первомайские демонстрации. Просоветские настроения, распространённые тогда в израильском обществе, активно использовались советской разведкой. Глава израильской разведки и контрразведки Иссер Харель (Isser Harel) в своей книге «Советский шпионаж» пишет: «С первых дней существования маленькое государство Израиль превратилось в один из главных объектов советской разведдеятельности. Москва придавала большое значение Израилю из-за его геополитического положения и обширных связей с западными демократиями, в первую очередь с США. Как следствие, советский шпионаж проявлял тотальный интерес ко всем сферам жизни в Израиле».

В архивах израильских спецслужб хранятся дела разоблачённых советских шпионов (далеко не все из них к настоящему времени преданы гласности), среди которых и дело с загадочной историей Исраэля Бара, долгие годы находившегося на вершине израильского военно-политического истеблишмента и чуть не дослужившегося до должности заместителя начальника Генштаба. Как могло произойти, чтобы такой человек, имевший доверительные отношения со многими военными и политическими деятелями Израиля, включая премьер-министра страны Давида Бен-Гуриона (David Ben-Gurion), оказался советским шпионом?

В конце лета 1938 года, вскоре после того, как нацистская Германия аннексировала Австрию, из Вены в Иерусалим в самый разгар арабских беспорядков в Палестине прибыл молодой человек, назвавшийся Исраэлем Баром. Он вступил в ряды сионистской подпольной военной организации самообороны «Хагана», ставшей впоследствии основой Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ). Своим сослуживцам он рассказал, что окончил в Австрии Терезианскую военную академию, обладает военным опытом как бывший боец военизированной организации Социал-демократической партии Австрии Schutzbund («Союз обороны»), чьё восстание, известное как Гражданская война в Австрии, было подавлено в 1934 году. Бар также рассказал, что участвовал на стороне республиканцев в гражданской войне в Испании, где командовал интербригадой под именем Хосе Григорио. Правда, в ходе тренировок продемонстрированные Баром навыки выглядели не очень убедительно, на что обратил внимание его молодой сослуживец – Моше Даян (Mosche Dajan), ставший в будущем самым известным министром обороны Израиля. Он открыто усомнился в том, что Бар вообще когда-либо держал в руках оружие. Кроме того, среди живших тогда в Палестине евреев-участников испанской гражданской войны никто никогда не слышал о «командире интербригады по имени Хосе Григорио». Но описание Баром сражений в Испании было столь подробным и чётким, а его знания в области военной истории и аналитические способности так поразили руководителей «Хаганы», что о сомнениях вскоре забыли.

В 1949 году Исраэлю Бару присваивается звание полковника, и его назначают руководителем отдела оперативного планирования при Генеральном штабе Армии обороны Израиля. Он приложил немало усилий, чтобы стать заместителем нового начальника Генштаба Игаэля Ядина (Jigael Jadin), но назначение сорвалось по политическим мотивам. Бар был членом прокоммунистической и просоветской партии МАПАМ, которая не была включена в первое израильское правительство, в то время как основу правящей коалиции составляла партия социал-демократической ориентации – МАПАЙ («Партия рабочих Земли Израильской»). В ответ на отказ повысить его в должности и звании Исраэль Бар ушёл из армии, но сумел сохранить тесные связи с руководством оборонного ведомства.

Сделав выводы из произошедшего, он вышел из МАПАМ и присоединился к МАПАЙ. Этот шаг не остался незамеченным во властных структурах Израиля. Бен-Гурион, совмещавший тогда посты премьер-министра и министра обороны, назначил Исраэля Бара своим советником, официальным военным историком и архивистом израильской армии. Новое назначение дало ему возможность быть в курсе любой информации о ЦАХАЛ. Его репортажи, обзоры и комментарии на армейские темы стали публиковать ведущие СМИ Израиля. Фактически он стал главным в стране военным экспертом. К услугам Бара как военного обозревателя по Израилю начали прибегать также пресса ФРГ и Франции. Пытался Бар и стать депутатом Кнессета от МАПАЙ, но избран не был.

Тем не менее Исраэль Бар продолжал пользоваться расположением политической элиты страны, за исключением двоих человек – Моше Даяна, ставшего в 1953 году начальником Генштаба Армии обороны Израиля, и возглавлявшего спецслужбы страны Иссера Хареля. Харель в упомянутой книге отмечал, что «ни один из них до некоторых пор не догадывался о том, что они не одиноки в своей антипатии к Бару».

Как отмечают исследователи, израильская контрразведка начала подозревать Исраэля Бара в шпионаже в середине 1950-х годов. Он периодически вызывался на так называемые «профилактические беседы» с руководителями контрразведки (ШАБАК). Прямых улик против него не было, но ему прямо говорили, что будучи доверенным лицом премьер-министра, он является потенциальной целью для вербовки разведслужбами советского блока. О реакции Бара на эти разговоры ничего не известно.

Первый же его контакт с советской разведкой был зафиксирован в сентябре 1956 года, когда Бар познакомился с корреспондентом ТАСС в Израиле Сергеем Лосевым. Последний был известен ШАБАК как человек, связанный с советской разведкой и занимавшийся для неё вербовкой агентов. Их встреча произошла в штаб-квартире «Движения за дружбу с СССР» – организации, которая целиком существовала на советские деньги, являясь коллективным агентом влияния Кремля в Израиле, поэтому находилась под постоянным наблюдением израильской службы безопасности. Почему нельзя было «случайно» встретиться в каком-нибудь кафе – история умалчивает. После этого они ещё несколько раз пересекались на дипломатических приёмах в посольствах СССР, Болгарии и Венгрии, что было известно израильской контрразведке. Исраэль Бар попал, таким образом, в оперативную разработку службы безопасности.

Лосев свёл Бара с резидентом советской разведки Василием Авдеенко, работавшим под прикрытием дипломатического статуса в посольстве СССР. Затем последний представил Бара работавшему «под крышей» пресс-атташе (по другим данным – второго секретаря) советского посольства, сотруднику резидентуры Владимиру Соколову, который стал его куратором. Соколов проявлял особый интерес к военным объектам израильской армии и интересовался материалами по израильской ядерной программе. Бар стал передавать ему фотокопии секретных документов. Когда в начале марта 1961 года в поле зрения ШАБАК попал сам Соколов, выяснилось, что один из тех, к кому он периодически ездит в гости, – Исраэль Бар, проживавший в одном из престижных районов Тель-Авива. Сотрудники израильской контрразведки устроили наблюдательный пункт у живущих напротив его соседей и вскоре им удалось при их очередной встрече запечатлеть на плёнку факт передачи Баром Соколову папки с какими-то документами. 31 марта советский шпион был арестован в своей квартире.

Руководивший операцией по задержанию Бара офицер ШАБАК вспоминал впоследствии, что «объект» встретил их совершенно спокойно. На вопрос, не встречался ли он с кем-либо из сотрудников советского посольства, Бар ответил, что нет, а если бы и встречался, то будучи высокопоставленным сотрудником министерства обороны имел на это полное право и не собирается отчитываться на эту тему. Тогда ему было предложено подписать документ, что он никогда не встречался с сотрудником резидентуры Владимиром Соколовым, что Бар и сделал. Это было его ошибкой: уличённому во лжи шпиону тут же был предъявлен ордер на арест.

Разоблачение и арест Исраэля Бара стало шоком для израильского общества. Ведущие СМИ страны пестрели заголовками типа: «Шпионаж в сердце министерства обороны!» или «Советник Бен-Гуриона обвинён в шпионаже!». Соколов немедленно покинул Израиль, а разведслужбы СССР никогда больше судьбой своего агента не интересовались.

Во время допроса Бар заявил, что фотографии, на которых он заснят вместе с Соколовым, – фотомонтаж. При этом добавил, что у него имеется алиби: в тот вечер, когда он, как утверждают контрразведчики, встречался с советским агентом, у него в гостях был известный израильский журналист, а после его ухода к нему пришла его любовница, имя которой он назвать отказался. Журналист и в самом деле вспомнил, что был в тот вечер в гостях у Бара, однако ушёл на час раньше того времени, чем указал хозяин. Алиби провалилось, но шпион начал настаивать на том, что после ухода журналиста вышел в магазин за вином, чтобы затем распить его с любимой женщиной. Но в указанном магазине о его визите никто не вспомнил.

Во время дальнейших допросов Бар явно стал нервничать и допускать нестыковки в своих показаниях. Контрразведчики тщательно проверяли каждое сказанное им слово, и всё больше приходили к выводу, что он не тот человек, за кого себя выдавал, находя всё новые несоответствия в рассказанной им биографии. И вообще неожиданно выяснилось, что он вряд ли является евреем.

Исраэль Бар, по его словам, родился в 1912 году в Вене в еврейской семье. Однако медицинская проверка показала, что у него нет обрезания, что для человека, родившегося в то время в семье евреев, было совершенно невероятным. Сотрудники ШАБАК выяснили также, что сомнительным является его обучение в австрийской Терезианской военной академии, равно как и участие в боевых действиях во время гражданской войны в Испании. На одном из допросов Иссер Харель прямо заявил Бару: «Ты лжец. Мы не нашли никаких следов твоих родителей в Австрии. Если ты родился в еврейской семье, то почему не прошёл обряд обрезания? Мы проверили все данные, которые ты приводишь в своей автобиографии, и они не подтвердились. Ты не заканчивал военную академию и не служил офицером в австрийской армии. Ты не был членом Schutzbund и не участвовал в уличных боях в Вене в 1934 году».

В итоге под давлением неопровержимых улик Бар сломался. Он рассказал о том, как в 1956 году принял предложение Сергея Лосева работать на советскую разведку, о своих контактах с её агентами, передаче им секретной информации и получении за это соответствующей платы. При этом подчёркивал, что делал это не только ради денег, но и, как пишет Харель, «в стремлении поддержания дружественных отношений между Израилем и СССР в условиях холодной войны». Судебный процесс по делу Исраэля Бара завершился в январе 1962 года. Он был признан виновным в шпионаже и приговорён к 15 годам лишения свободы. Спустя четыре года он скончался в тюрьме от инфаркта – и с его смертью ушла тайна его истинного происхождения.

В некоторых российских публикациях говорится, что в июле 1962 года в одном из швейцарских журналов было опубликовано интервью с известным британским историком и публицистом Бернардом Хаттоном (Bernard Hutton), который утверждал, что был знаком с Исраэлем Баром ещё с начала 1930-х годов, когда тот был членом Компартии Австрии и агентом Коминтерна под именем или псевдонимом «товарищ Курт». Хаттон рассказал, что «товарища Курта» очень ценили в руководстве Коминтерна и направили в Вену в качестве информатора, где он стал сотрудником советской резидентуры. В середине 1930-х, пройдя специальную подготовку, Курта направили в Испанию, а затем с новой легендой под именем Исраэль Бар – в Палестину. Всё это известно только со слов Хаттона. Документальных подтверждений этому нет.




Андрей Громов

№ 13, 2021. Дата публикации: 02.04.2021
 
 
рассказал бар исраэля обороны советской бара министерства армии встречался баром ссср австрии израильской харель марта израиля шабак шпионаже министра исраэль
 
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение