наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 



Николай Валуев: «Надеюсь, ещё вернусь на ринг»

Выписавшись из мюнхенской клиники после успешной операции на левом плече, российский боксёр-тяжеловес Николай Валуев рассказал корреспонденту «РГ/РБ» о своём самочувствии, о том, почему не состоялся его поединок с Виталием Кличко, о своих ближайших и дальних планах и о многом другом.
 


«Кличко – генерал? Но и я не рядовой!»

– Николай, первый и, наверное, главный вопрос: как ты себя чувствуешь? Операция прошла успешно?

– Надеюсь, успешно. Чувствую себя неплохо. В клинике пробыл всего четыре дня, выписали на третий день после операции. Наверное, это о чём-то да говорит.

– Наверное, говорит. А что врачи говорят: когда ты сможешь приступить к полноценным тренировкам? Летом, когда стало известно о предстоящей операции, пошли разговоры, что тебе нельзя будет тренироваться целых полгода, да и вообще твоя боксёрская карьера под угрозой.

– А, помню – это некий профессор Вагнер (Walter Wagner) в Bild такие мрачные прогнозы моего будущего давал. Могу сразу сказать: тому, что сообщает этот профессор, верить не стоит. Потому что никакого отношения ко мне он не имеет.

– То, что тебе требуются операции на плече и на кисти, и без Вагнера секретом не было.

– Да, не было. Я, если честно, с этим и так изрядно затянул – больше тянуть нельзя. А тут дважды не удалось договориться с Виталием Кличко. И что, сидеть, как рыбак с удочкой, и ждать, «клюнет или не клюнет» – предложит Виталий бой снова или не предложит? Нет, такое не по мне – лучше уж было всерьёз заняться своим здоровьем. Тем более, я вовсе не уверен, что мой бой с Кличко вообще может состояться.

– Не уверен?

– А как я могу быть в этом уверенным, если нам с Виталием уже дважды не удалось договориться?

– А почему, кстати, не удалось?

– Хороший вопрос. Только не ко мне. Я могу только предполагать. Существует шоу-бизнес, боксёрский бизнес. Господин Кличко считает там себя генералом. Он любит там рулить – и очень не любит, как он сам говорит, «когда на него давят и выкручивают ему руки». При этом он сам вовсе не против проделать всё это с другими, считая себя вправе лишь потому, что он чемпион мира.

– Так ты тоже довольно долго был чемпионом мира…

– Вот и я о том же. Кличко – генерал? О’кей. Только и я ведь не рядовой. Кстати, в бытность чемпионом у меня часто спрашивали: «Когда состоится ваш бой с Кличко?» Поначалу я по наивности отвечал: «Когда-нибудь обязательно будет». А потом кое-что понял и начал говорить: «Когда я проиграю титул – вот тогда вероятность нашей встречи с Кличко станет практически стопроцентной».

– И снова не угадал.

– Выходит, так. Хотя поначалу казалось, угадал: вскоре после того, как я проиграл Дэвиду Хэю (David Haye), Виталий и предложил сразиться с ним.

– Но переговоры ни к чему не привели.

– В первом случае можно многое списать на некоторую нерасторопность Дона Кинга (Don King) и на то, что мы запрашивали четыре миллиона долларов. Хотя после долгой торговли мы согласились на предложенную Кличко сумму в два с половиной миллиона, попросив оставить за нами права на трансляцию боя на Россию и Америку. Это стало для Виталия очень неприятным сюрпризом. Хотя он и говорил, что это копейки, что ни российские, ни американские телеканалы интереса к бою не проявляют.

– Но ведь договориться-то и во второй раз не удалось.

– И поверь, вовсе не по моей вине. На этот раз к Виталию поехал не Дон Кинг, с которым братьям Кличко «трудно», а другой человек. Он очень долго пытался хоть как-то смягчить кабальные условия контракта. Смягчить практически ничего не удалось, и я согласился на всё. И на полтора миллиона. И на все его гадские условия – а они, поверь, были именно что гадские. Из принципа согласился. И что? Да снова ничего! Только странные заявления на тему «Валуев – трус».

– Но что-то же за срывом вторых переговоров должно было стоять?

– Могу только предполагать, что. Во время встречи в Питере я Виталику сказал сразу: «Со своими подходцами гнилыми ко мне лучше не подкатывай. Уж извини, но помогать тебе зарабатывать деньги я не стану. А драться с тобой я буду в любом случае – из принципа». Может, это его напрягло? А может, когда мы встретились и посмотрели друг на друга, что-то в моих глазах ему не понравилось – и он решил подраться с Бриггсом (Shannon Briggs).

– Бриггс наверняка «стоил» ощутимо дешевле тех полутора миллионов, что предлагались тебе.

– А риска насколько меньше! Хотя и деньги тоже имеют значение. Виталий, наверное, всё прикинул – и решил, что так ему будет выгодней. Он, кстати, мне так и говорил: я бизнесмен, я должен считать деньги. Ну, пусть считает. А я пока всерьёз займусь своим здоровьем. Да и дел в родном Питере полно.

 

Между боксом и политикой

– А с политикой всё тоже всерьёз?

– Какие с политикой могут быть приколы?

– А ведь когда-то ты, помню, говорил: «В политику ни ногой! Не моё это».

– Я немножко по-другому говорил: «Быть выставочной фигурой в политике не хочу». Политике надо уделять всего себя. А когда постоянно готовишься к серьёзным боям, времени на политику просто нет.

– А сейчас есть?

– Сейчас время появилось. К тому же речь не идёт о том, чтобы завтра проснуться – и марш в политики. Времени до выборов ещё немало.

– Выборов куда? Пресса единодушна в только в том, что ты будешь баллотироваться от партии «Единая Россия». Но одни СМИ адресуют тебя в Законодательное собрание Санкт-Петербурга, а другие – прямиком в Госдуму.

– В Госдуму? Посмотрим. Во всяком случае, время крепко подумать есть.

– Подумать о том, куда избираться? Или для чего? Что вообще влечёт тебя в политику? Чем хочешь там заниматься? Чего добиться?

– Для чего – давно не вопрос. Чем заниматься – тоже. Конечно, если «копать», то на ниве спорта.

– А конкретнее?

– Конкретнее? В первую очередь – массовый спорт, физкультура. Работы в этой сфере непочатый край, и думаю, она мне по силам: есть определённый авторитет, который поможет не только заниматься этим делом, но и увлечь за собой других. Согласитесь, когда делом занимаются люди, которые знают предмет, которым доверяют, есть большая вероятность, что это даст эффект.

– А твоя детская школа бокса такой эффект даёт?

– Думаю, даёт. Идёт дело потихонечку, в сентябре ещё филиалы открываем – два в Питере и один в области.

– Словом, массовость есть. А как со спортивными результатами?

– Мы не приглашаем к себе уже готовых ребят из других школ, берём с улицы, с нуля. Но на уровне города наши пацаны других уже бьют. А школа работает всего-то с весны прошлого года. Так что можно сказать, что в результатах прогресс есть.

– А если не считать общего руководства школой, насколько велик в этом прогрессе твой личный вклад?

– Не буду лукавить, говорить, что днюю и ночую в школе, сутками тренирую ребят. Не ночую. Но бываю там часто. Не только сам тренируюсь, но и мастер-классы для мальчишек регулярно провожу. Эти мастер-классы чаще всего превращаются в шумное общение.

– Вместо тренировки?

– Не вместо – вместе. Важно ведь, чтобы ребята не только руками или ногами махали, не только прыгали или бегали – главное, чтобы всё это было в удовольствие, в охотку, важно зажечь их, завлечь в спорт на всю жизнь.

– И как, получается зажечь?

– Кажется, получается. Пацаны очень любят, когда я к ним прихожу, налетают, вопросы наперебой задают. Знаете, я не любитель высоких слов. Но в такие моменты вижу: не зря работаю! Надеюсь, поработав на политической ниве, через какое-то время тоже смогу сказать себе: «Не зря!»

 

Поспешишь – себе навредишь

– А уйдя с ринга, так и не вернув себе чемпионский пояс, не скажешь: «Зря»?

– Так в этом вопросе далеко не всё от меня зависит. Вот ты спрашивал, когда я смогу начать тренировки – а ведь ответа на этот вопрос сегодня нет. Более того, соглашаясь на хирургическое вмешательство, я прекрасно понимал: может быть и так, что мой последний бой уже позади. Потому что насколько затянется лечение – этого, наверное, никакой осьминог Пауль не скажет. А уж смогу ли я восстановиться до боевых кондиций – тем более. Так что пока будем двигаться вперёд шаг за шагом.

– И какими будут первые шаги?

– Первые? Буду прооперированное плечо разрабатывать.

– Только плечо? Значит, из двух запланированных операций тебе сделана пока только одна?

– Конечно. Плечо-то прооперировано левое, а кисть, нуждающаяся в оперативном вмешательстве – правая. Если бы всё сделать одновременно – как бы я без рук себе… Словом, что – меня бы тогда кому-то пришлось с ложечки кормить? Нет уж, сначала разработаю плечо – а потом кистью займёмся.

– Разрабатывать будешь тоже в Германии?

– Дома, в Питере.

– А почему не в Голливуде? Или сообщения о том, что американцы предложили тебе роль – газетные «утки»?

– Нет, почему? Предложение из Голливуда действительно было. Но на переговорах выяснилось, что американцы хотят получить гораздо больше, чем предлагают. И к общему знаменателю мы не пришли. Так что пока никакого Голливуда. Из Мюнхена отправлюсь в родной Питер. В Германии хорошо, но дома лучше.

– Лучше – потому что привычный тренировочный зал под боком?

– Потому что дети под боком! – смеётся Николай. – Да и просто потому, что это дом. А насчёт тренировочного зала… Хочется, конечно, вернуться к активным тренировкам как можно скорее. Но тут ведь как: поспешишь…

– Людей насмешишь?

– Это как раз не самое страшное. Нет, в моей ситуации получается по-другому: поспешишь – себе навредишь. А вот этого делать никак нельзя. Потому что я очень хочу вернуться на ринг и очень надеюсь, что смогу вернуться. Но для этого надо быть полностью здоровым.


Александр Левит

№ 42, 2010. Дата публикации: 25.10.2010
 
 
смогу надеюсь поспешишь говорил плечо николай операции питере виталием миллиона заниматься всерьёз виталий бой плече кличко вернуться договориться зря
 
 
 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение