наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
связь времён


«Навечно, без права возврата»

«Навечно, без права возврата» – так озаглавлен сборник воспоминаний очевидцев, а также статей о немецких спецпоселениях в СССР и жизни российских немцев в послевоенное десятилетие (на русском и немецком языках), выпущенный Международным союзом немецкой культуры.
 


По надеждам… новыми репрессиями

Составили сборник «Навечно, без права возврата» профессор, зав. кафедрой отечественной истории в новейшее время Института истории и международных отношений Саратовского университета д-р Аркадий Герман и кандидат наук, историк, журналист Ольга Силантьева.

Эта работа стала логическим продолжением двух реализованных ими проектов: сборника, приуроченного к 70-летию депортации немецкого населения СССР «Выселить с треском» (см. «РГ/РБ» № 52, 2011), и сборника «В рабочие колонны на всё время войны» (см. «РГ/РБ» № 26, 2013) о трудармии. Но если первый и второй сборники по аналогии с «Белыми книгами» называют «Чёрными книгами», то последний получился чуточку «светлее». Многие его авторы в том числе рассказывают, как в первое послевоенное десятилетие создавали семьи, находили родных, строили дома, а главное – надеялись… Кто-то на возвращение на Волгу, Украину, Кавказ, в Крым… Другие, что наступит день, когда не нужно будет отмечаться в комендатуре, что снимут политические и идеологические ограничения, что если не они, то их дети получат равные права с гражданами других национальностей. Однако ответом властей явились новые репрессии.

Первое постановление Совнаркома, жёстко регламентирующее жизнь спецпоселенцев, было принято 8 января 1945 г. Спустя три года режим их содержания ужесточили: отбывавшие срок заключения «после большого террора 1930-х годов», вновь должны были быть осуждены или отправлены на вечное поселение. Действие этого решения распространялось также на их детей, достигших к тому времени совершеннолетия. А 26 ноября 1948 г. Президиум Верховного Совета СССР под грифом «Совершенно секретно» принял указ «Об уголовной ответственности за побеги из мест обязательного и постоянного поселения лиц, выселенных в отдалённые районы Советского Союза в период Отечественной войны». В нём отмечалось, что немцы, как и другие «провинившиеся» народы (крымские татары, корейцы, калмыки, чеченцы, ингуши, балкарцы, карачаевцы, понтийские греки, турки-месхетинцы и финны-ингерманландцы), отправленные на спецпоселение, переселены «навечно, без права возврата их к прежним местам жительства».

Как отмечает профессор А. Герман, своё начало спецпоселение ведёт с 1920−1930 гг. – периода сплошной коллективизации и раскулачивания. Именно тогда насильственное выселение как один из многочисленных видов репрессий приобрело массовый характер. На Крайний Север, в Сибирь, Казахстан, Киргизию в специальные «трудовые поселки» были вместе с семьями направлены десятки тысяч «кулаков» и «подкулачников». Так, только из маленькой Республики немцев Поволжья в 1930−1931 гг. выселили 4288 семей (24 202 человека) – 3,7% от общей численности крестьянских хозяйств Немреспублики.

К началу Великой Отечественной войны в местах спецпоселения под надзором теперь уже Отдела трудовых и специальных поселений ГУЛАГа НКВД находилось 977,1 тыс. человек, подавляющее большинство которых составляли «бывшие кулаки» с семьями.

После проведённых в 1942 г. массовых мобилизаций всего трудоспособного немецкого населения в местах, куда их депортировали, остались лишь старики, инвалиды, дети до 16 лет и женщины, имевшие детей в возрасте до трёх лет. Положение их было трагично, ибо никакой поддержки государство им не оказывало, своего жилья у них не было, работы у большинства тоже. Дети, оставшиеся без родителей, должны были воспитываться колхозами. Но колхозам, задыхавшимся под тяжестью непосильных норм сдачи продовольствия, было не до них. В результате множество немецких детей стали беспризорниками. Только за период с марта 1944-го по октябрь 1945 г. органы НКВД выявили и устроили в детские дома свыше 2900 беспризорных из семей трудармейцев. Ну а сколько ребятишек погибло, исчезло, сменило фамилии – история, как говорится, умалчивает. Впрочем, как и официальные инстанции.

Все 15 лет, что существовало спецпоселение (1941−1955), немецкое население СССР, распылённое на огромной территории, было полностью лишено малейшей возможности поддерживать и сохранять свою национальную идентичность. Им создали такую морально-психологическую атмосферу, что на работе, в общественных местах они были вынуждены говорить исключительно на русском языке и только дома, в тесном семейном кругу, могли позволить себе объясняться по-немецки. Не имели они возможности читать и писать на родном языке. Фактически под запретом находилась религиозная жизнь. Даже петь немецкие песни им запрещалось.

Особенно отрицательно всё это сказывалось на детях, родившихся перед войной, в годы войны и сразу после неё.

Тяжёлая жизнь, изнурительная работа, голод, опасение нового ужесточения репрессий не позволяли родителям уделять детям должного внимания, тем более передавать им традиции национальной культуры. Да и сами взрослые, вынужденные адаптироваться к новым условиям, постепенно теряли многие свои национальные черты, формируя новые привычки, усваивая и перенимая обычаи и нравы, элементы быта и культуры окружающего населения. Медленнее эти процессы шли в сельской местности, особенно в районах традиционного проживания немцев в Сибири, Казахстане, Средней Азии, быстрее – в городах, рабочих посёлках, там, где немцев было мало.

Освободили, но не всех

На спецпоселении немцы подвергались не только национальной дискриминации, они были лишены многих общегражданских прав, что признавал даже министр внутренних дел СССР Сергей Круглов. В 1953 г. он писал: «На местах зачастую ущемляется правовое положение спецпоселенцев: без надобности создаётся излишне жестокий режим, запрещается свободное передвижение по жизненно необходимой для спецпоселенцев территории, устанавливается частая регистрация в спецкомендатуре, создаются препятствия к выездам в командировки, на лечение и учёбу, что влечёт за собой подачу ими большого количества жалоб».

Спецпоселенцы не имели паспортов, что, по сути, превратило их в изгоев, затрудняло устройство на работу, получение почтовых отправлений и т.п. Кроме того, их не призывали на военную службу, им не разрешалось работать в милиции и других силовых структурах. Они не могли занимать сколько-нибудь важные посты и должности в государственных органах и учреждениях, в сферах народного хозяйства, здравоохранения, образования, культуры. Дети спецпоселенцев состояли на «посемейном» учёте с момента рождения до достижения ими шестнадцатилетнего возраста. После этого их ставили на персональный учёт.

Но чем дольше после войны сохранялся режим спецпоселения, тем яснее, как отмечают историки, становились его абсурдность и даже вред, поскольку он искусственно делил граждан СССР на два сорта, мешая стабилизации советского общества. В центральные партийные и государственные органы от спецпоселенцев шёл огромный поток писем, в которых люди пытались убедить власти в своей лояльности, просили отменить спецпоселение или, по крайней мере, смягчить некоторые, наиболее унизительные ограничения.

Однако, как уже отмечалось, при жизни Сталина, когда число спецпоселенцев постоянно возрастало, о ликвидации или смягчении режима содержания не могло быть и речи.

Лишь спустя почти год после смерти «вождя», 5 июля 1954 г. ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли совместное постановление «О снятии некоторых ограничений в правовом положении спецпоселенцев». Постановление предусматривало поэтапное, достаточно медленное сокращение числа и категорий спецпоселенцев и некоторую либерализацию самого режима.

13 августа 1954 г. вышло очередное постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР, в соответствии с которым режим спецпоселения был снят с «бывших кулаков» (отбывавших его ещё с коллективизации), а также с немцев – местных жителей Сибири, Дальнего Востока, Урала, Казахстана, Средней Азии и других мест, откуда не проводилась депортация, включая бывших трудармейцев этой категории.

10 марта 1955 г. Совет министров СССР обязал органы внутренних дел выдать спецпоселенцам паспорта граждан СССР.

23 марта 1955 г. по предложению министерств обороны и внутренних дел ЦК КПСС разрешил призыв значительной части категорий спецпоселенцев, в том числе немцев, на действительную военную службу, начиная с призывников 1936−1937 годов рождения. В тот же день последовало соответствующее распоряжение Совета министров СССР. При этом призывавшиеся на военную службу 19-летние юноши подлежали снятию с учёта спецпоселения.

К весне 1955 г. от режима спецпоселения освободили более 500 тыс. советских немцев. В то же время свыше 700 тыс. немцев продолжали находиться «под комендатурой».

«Вольная» с оговорками

Сообщив эти факты, составители сборника напоминают, что именно в тот период СССР стремился не допустить вступления ФРГ в НАТО, её интеграции в социально-экономические и военно-политические структуры Запада, а поэтому выступал за создание единой нейтральной Германии.

25 января 1955 г. Президиум Верховного Совета СССР издал указ «О прекращении состояния войны между Советским Союзом и Германией», что явилось мощным толчком к активизации борьбы советских немцев за снятие ярма спецпоселения. Поток писем в различные партийные и государственные инстанции резко вырос и исчислялся десятками тысяч. Знали об этих письмах и настроениях, царивших в среде советских немцев, и на Западе.

И вот на этом фоне СССР и Западная Германия начали подготовку к установлению между собой дипломатических отношений. Одним из вопросов, поставленных правительством ФРГ перед своим партнёром по переговорам, стал вопрос освобождения и возвращения на родину ещё находившихся в Советском Союзе германских военнопленных и гражданских лиц, насильственно вывезенных в СССР в конце войны и в первые послевоенные месяцы. К категории «гражданские лица» были отнесены и те советские немцы-репатрианты, которые в 1943−1945 гг., находясь на территории Германии, получили германское гражданство. Это гражданство было признано законом ФРГ от 22 февраля 1955 г.

На переговорах Конрада Аденауэра и председателя Совета министров СССР Николая Булганина, проходивших в Москве в сентябре 1955 г., германский канцлер назвал точное число – свыше 130 тыс. немцев, получивших в годы войны германское гражданство, от которых поступили заявления о желании выехать из СССР.

Советское руководство, застигнутое врасплох, вынуждено было пообещать выпустить их из СССР. Правда, в последний момент сделав оговорку, что следует ещё установить реальное существование этих 130 тыс. человек, пожелавших вернуться в Германию. Западные немцы согласились, и дипломатические отношения были установлены. Однако из идеологических и политических соображений советское руководство не могло допустить массового выезда своих граждан, решивших променять «советский рай» на «капиталистическое рабство».

Одновременно, как это не раз бывало и раньше, развернулась кампания по обработке немецкого населения в духе «советского социалистического патриотизма».

Для успеха этой кампании необходимо было, во-первых, растворить немцев-репатриантов в общей массе остального немецкого населения СССР, гораздо более лояльного к советскому режиму, а также изменить условия жизни немцев к лучшему. Вот почему именно советские немцы, по существу, стали первой национальной группой, снятой с режима спецпоселения.

Вручив немцам «вольную», руководство страны, тем не менее сохранило ряд дискриминационных мер.

В указе Президиума Верховного Совета СССР от 13 декабря 1955 г. оговаривалось, «что снятие с немцев ограничений по спецпоселению не влечёт за собой возвращения имущества, конфискованного при выселении, и что они не имеют права возвращаться в места, откуда были выселены».

Кроме того, указ полностью проигнорировал права немцев как национального меньшинства на сохранение родного языка, культуры, традиций и т.п. Тем не менее, как считает д-р Аркадий Герман, ликвидацию немецкого спецпоселения следует расценивать как существенный шаг к уравнению немцев в правах с другими советскими гражданами.

Именно он стал исходной точкой медленной, крайне непоследовательной, противоречивой реабилитации немцев, продолжавшейся все последующие годы, но так и не приведшей к восстановлению их автономной республики.







№ 28, 2016. Дата публикации: 15.07.2016
 
 
войны постановление немецкого ссср спецпоселение режима населения навечно спецпоселения немцы немцев местах министров дети совета спецпоселенцев культуры режим права жизни
 
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
"Мы были в крестовом походе" Великий кре...

Имя
 
Сообщение