наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
Наше расследование


Finita la tragedia

Без малого три недели история про русскоязычную девочку Лизу, которую якобы похитили и изнасиловали мигранты, не сходила с первых полос газет и была самой обсуждаемой темой на форумах русскоязычного сообщества Германии. Сначала она побудила наших соотечественников выйти с флагами на баррикады, а затем и вовсе превратилась в международный скандал, причём на самом высоком политическом уровне. Но с мудростью русской народной пословицы не поспоришь: «Сколько верёвочке ни виться, а конец будет». Вот и в этой истории, похоже, пора ставить точку. 29 января берлинская прокуратура официально сообщила, что дело о таинственном исчезновении школьницы раскрыто.
 


Всё началось 11 января, когда 13-летняя Лиза Ф. поехала в школу на занятия, но вечером домой не вернулась. Обеспокоенные родственники заявили о её пропаже в полицию. К тому времени, когда Лиза нашлась, о её исчезновении знали уже сотни тысяч людей. Информация мгновенно разлетелась по интернет-пространству, а через пару дней достигла опасной цели – телевидения. Из-за дефицита фактов журналисты различных СМИ, преимущественно российских, со скоростью несущегося поезда распространяли заметки о том, что «в Берлине мигранты заманили ребёнка в машину, увезли в квартиру и на протяжении 30 часов избивали и насиловали». Именно такую версию озвучили репортёрам родственники потерпевшей, снабдив свои рассказы доброй порцией ненависти к беженцам и недоверия к местным стражам порядка, обвинив последних в том, что они заставили ребёнка дать ложные показания. И это сыграло роль вырванной из гранаты чеки. Русскоязычная диаспора Берлина взбунтовалась. 18 января жители района Марцан, где проживает семья Лизы, вышли на митинг. Люди требовали справедливости и жаждали мести. По их мнению, полицейские пытались замять дело и замалчивали факты в угоду европейской политкорректности. Заявления собравшихся типа «Если полиция и правительство не могут нас защитить, то мы вынуждены будем защищаться сами!» звучали как угрозы. При этом ждать результатов расследования и ставить под сомнения скудные факты, разведанные с помощью «сарафанного радио», никто не собирался.

Между тем, полиция, телефон которой в эти дни буквально раскалился от звонков журналистов, заявила: «Ни похищения, ни изнасилования не было». Но это, как ни странно, только усугубило ситуацию. Количество комментариев в соцсетях на тему «бедная Лиза» к тому времени уже можно было измерять километрами. За неимением фактов люди стали придумывать правду сами. Одни писали про то, что насильников было не 3, а 5, другие в подробностях описывали синяки и ссадины на лице «пострадавшей», третьи, не стесняясь в выражениях, рассказывали, что они сделают с «этими арабами», когда те будут найдены. При этом родственники девочки, которые сначала охотно искали поддержку у СМИ, журналистов почему-то стали избегать, поручив общение с ними своему адвокату Алексею Данквардту (Alexej Danckwardt). Он попытался сгладить углы, заявив, что дело вовсе не замято и расследование продолжается. А также указал на то, что обвинения, выдвинутые родственниками девочки, к беженцам напрямую не относятся, так как под описание злодеев могут подойти также и жители Германии. Да и вообще формулировка «подверглась насилию» подразумевает разные интерпретации, уточнил правозащитник. С этого момента противоречия в Лизиной истории стали очевидными. И берлинская прокуратура их только подтвердила, в очередной раз опровергнув слухи о похищении и изнасиловании. Но и это не остановило воинственно настроенных представителей русской диаспоры. 23 января митинги и демонстрации в поддержку Лизы прошли по всей Германии.

Правда, помимо защитников из народа в них были замечены представители антимигрантских движений, для которых история с русскоязычной девочкой стала удобным поводом напомнить о себе. В итоге шум поднялся такой, что его услышали даже в российском МИДе. Министр иностранных дел Сергей Лавров упрекнул власти Германии в попытках «политкорректно залакировать действительность во внутриполитических целях». Его немецкий коллега Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier), в свою очередь, попросил не использовать этот случай для политической пропаганды, а также не вмешиваться в «и без того сложную внутригерманскую дискуссию о мигрантах».

До этого разговора прокуратура предполагала, что расследование займёт ещё 2−3 недели, но, вероятно, «обмен любезностями» между главами МИДов ускорил процесс. В пятницу, 29 января, официальный представитель ведомства заявил, что дело Лизы Ф. раскрыто. По версии следствия, девочка выдумала всю эту историю из-за проблем в школе, куда накануне случившегося вызвали её родителей. Чтобы избежать неприятного разговора в семье, она попросилась на ночлег в квартиру к своему 19-летнему знакомому и его матери. Эти двое теперь проходят свидетелями по делу. Прокуратура заявила, что за 30 часов отсутствия школьницы в отношении неё не были совершены «ни изнасилование, ни вообще какие-либо сексуальные действия». А вот расследование в отношении двух молодых мужчин турецкого происхождения, с которыми у 13-летней Лизы могла быть интимная связь по обоюдному согласию ещё до истории с её исчезновением, продолжается. Их подозревают в сексуальных контактах с несовершеннолетней, что жёстко карается немецкими законами. Следствие полагает, что к тому моменту девочка была знакома с подозреваемыми как минимум несколько месяцев.

Вот такой финал. Конечно, развивать тему можно было бы и дальше, пытаясь найти ответы на вопросы «Почему у школьницы возникли проблемы с учёбой и по каким причинам она побоялась рассказать о них родителям? Что побудило девочку к связям со взрослыми мужчинами и для чего она придумала историю с похищением? Как дальше сложится жизнь Лизы и её родственников в Берлине?». Но по убеждению редакции всё это – уже личное дело семьи Ф. В последние недели ей и так досталось слишком много внимания общественности, которого она не заслужила. По последней информации, девочка находится на лечении в психиатрическом стационаре. «Моей дочери плохо!» – заявила мать Лизы в интервью корреспонденту Spiеgel TV Анне Садовниковой.
Елена Миненкова

№ 5, 2016. Дата публикации: 05.02.2016
 
 
Комментарий пристрастного наблюдателя
Изнасилование было! Групповое, политическое…
С позапрошлого понедельника «бедная Лиза» лежит в психиатричке. Врачи сочли, что амбулаторное лечение не поможет. Те, кто понимают здешние наши критерии для помещения человека в стационар психиатрической клиники, подтвердят: всё очень плохо.
Это теперь заявляет и её мать, Светлана, директор супермаркета в одном из берлинских восточных районов. Наша уважаемая коллега из «Шпигеля» и давняя приятельница взяла у Светланы первое за всё это время интервью.
«Моей дочери очень плохо», – сказала журналисту мать пострадавшей.
Но знаете, редкий случай, я не готов сочувствовать этой женщине. Совершенно! Более того, я считаю её виновной в том, что «бедную Лизу» изнасиловали психологически и политически.
Где была Светлана Ф. все эти 16 дней? Почему молчала, почему не помешала родственникам раздуть из банальной бытовой проблемки дочери международный скандал? Почему не опровергла слова т.н. адвоката семьи?
Вот его прямая цитата двухнедельной давности: «…я не утверждаю, что было изнасилование. Я утверждаю, что было уголовное преступление. В Уголовном кодексе Германии есть несколько статей. Есть статья о педофилии, есть статья о тяжёлой форме педофилии. Есть статья об изнасиловании и о нанесении побоев. Я настаиваю на том, что Лиза стала жертвой насильственного преступления…».
Мать и семья ничего не возразили на это. Более того, часть семьи (называющие себя дядя, тётя, кузина) талантливо развивали в СМИ и на митингах версию «насильственного преступления». А кое-кто даже принимал телефонные сочувствия от высокопоставленных российских чиновников. (Вспомним заявление министра Лаврова 26 января о том, что девочка «абсолютно точно не добровольно исчезала на 30 часов»).
И делали это, доподлинно зная всю эту историю. Вернее, полное её отсутствие.
Разве не эти люди виновны в первую очередь в том, что несчастный ребёнок лежит в стационаре психиатрички?
Разве не они прямо и косвенно подталкивали сотни других людей собирать по всей стране митинги в защиту Лизы?
Много раз звонил нам т.н. «дядя Тимофей» (располагаем записями) и, хрипло крича «всё так и было!», грозился рассказать «всю правду». Но почему-то на берлинском митинге не выступил с разоблачениями тех, кто цинично использует недоразумение с Лизой ради своих политических интересов.
Впрочем, политики или «какбыполитики», добровольцы, сочувствующие, просто страдающие болезненной подозрительностью люди могли не знать обстоятельств дела. Многие, уверен, добросовестно заблуждались…
Но мать? Но родственники, но человек, называющий себя адвокатом семьи?.. Они-то как?
В Уголовном кодексе нет статьи за соучастие в политическом изнасиловании несовершеннолетней.
Но разве это что-то отменяет?..
Арсений Каматозов
 
 
русской школьницы истории сначала января мигранты лизы недели расследование дело прокуратура девочку лиза ставить история раскрыто германии исчезновении родственники берлинская
 
 

 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение