наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
рейнская газета
Рейнский смотритель


«Инкогнито из Петербурга»

В центре Ахена, в полуротонде Элизенбруннен, уже несколько веков струятся целебные термальные воды. Здесь же, в простенках флигелей, примыкающих к ротонде, висят мраморные доски с именами великих людей, испивших некогда местной живой воды. Карл Великий, Парацельс, Казанова, Петрарка и Дюрер – это из Западной Европы. Петр Великий, Екатерина Дашкова, будущий император Павел I с женой, братья Орловы – эти уже проездом из России. Но среди них вы не найдете имени Петра Ильича Чайковского, который провел в Ахене несколько недель – с 7 августа по 15 сентября 1887 года.
 


ЭнДеКа

   Чайковский в те годы был известен не только в России, его хорошо знали и в Европе. Так почему же Ахен обошел своим вниманием столь славное имя?

   Год 1887 был самым печальным в жизни Чайковского: в начале года он узнал, что его близкий друг болен неизлечимой болезнью. Он писал Надежде фон Мекк: «Я имею почти ежедневно очень грустные известия о моем приятеле Кондратьеве... Вот уж третий месяц, что он очень серьезно болен... Пришлось устроить консультацию, на которой присутствовал Боткин. Результат ее печальный. Болезнь эта называется болезнь Брайта, и она совершенно неизлечима, хотя больной может еще несколько времени и протянуть». А в дневнике появляется запись: «У меня печальное предчувствие, что я должен проститься со своим другом...»

   С Николаем Дмитриевичем Кондратьевым (ЭнДеКа, как называл его Чайковский) они познакомились в 1864 году. Кондратьеву было 32, Чайковскому – 24 года. Но сблизились они в 1870 году, когда Кондратьев переехал жить в Москву. Чайковский при всем своем дружелюбии и простоте нелегко сходился с людьми, Кондратьев же умел в любой жизненной ситуации находить приятные стороны. Богатый, жизнерадостный и красивый, Кондратьев был человеком легким и, хотя не имел ни малейшего интереса к прекрасному полу, успел жениться и даже имел дочь. У Чайковского попытка вести семейную жизнь не увенчалась успехом.

 

Страстная дружба

   Вот несколько цитат из писем брату Анатолию. 7 июля 1877 года: «По части лишения девственности (курсив – П. И. Ч.) не произошло ровно ничего. Я не делал попыток, ибо знал, что пока я не войду окончательно в свою тарелку, – все равно ничего не выйдет. Но были разговоры, которые еще более уяснили наши взаимные отношения. Она решительно на все согласна и никогда не будет недовольна. Ей только нужно лелеять и холить меня». 9 июля: «Сегодня произошла первая атака. Атака оказалась слаба; положим, сопротивления она не встретила никакого, но сама по себе была очень слаба. Сегодня чувствую себя несравненно свободнее относительно ее. Сказать, что я люблю ее – я еще не могу, но уже чувствую, что буду любить, как только мы друг к другу привыкнем». Но семейной жизни у Петра Ильича так и не получилось. К тому же у Чайковского со временем возник ничем не обоснованный страх шантажа и в конце 1888 года он писал Анатолию, что жена может начать против него уголовное дело по обвинению в «противоестественном способе сожительства». Правда, через несколько строк сам же назвал свои опасения «чистым сумасшествием».

   Каждое лето Чайковский посещал имение Кондратьевых в селе Низы под Харьковом. Только в 1876 году, когда Чайковский готовился к свадьбе, его связи с Кондратьевым временно прервались. Он борется со своей натурой, но вскоре осознает, что совершил жестокую ошибку. После свадьбы Чайковский впал в депрессию и, отчаявшись изменить свою судьбу, вновь отправился в Низы. Дружба с Кондратьевым продолжилась, их можно было видеть в Париже, в Риме, в Ницце или в Неаполе.

 

В Ахен – к умирающему

   Но наступил 1887 год. У Кондратьева произошла вспышка застарелой болезни, течение ее было стремительно и неудержимо. Больного перевезли из имения в Москву, затем в Петербург, ближе к известным врачам. В июне 1887 врачи отправили Кондратьева на «ахенские» воды, надеясь, что это продлит дни больного. Чайковский, находившийся в это время на Кавказе, получил телеграмму от Кондратьева: «Я прошу тебя приехать. Наша встреча может возвратить меня к жизни». Чайковский тут же изменил свои планы: «Я не могу пренебречь желанием умирающего», – сообщает он баронессе фон Мекк и, прервав свое лечение, пароходом из Батума отправился в Одессу, потом в Дрезден и в Ахен.

   В Ахене Чайковский поселился в том же отеле Zum grossen Monarchen, где жил Николай Дмитриевич и записался в книге гостей как «рантье из России»: давние комплексы заставляли его скрывать свое имя. В первые дни после приезда Чайковский писал фон Мекк: «Я нашел своего больного друга Кондратьева в отчаянном положении. Вид его произвел на меня невыразимо тяжелое впечатление, в два месяца он до того изменился, что осталась только какая-то тень прежнего. Дни его сочтены и надежды нет, по словам доктора, никакой, хотя болезнь может еще тянуться довольно долго. Он страшно обрадовался моему приезду и почти плачет, когда я говорю, что скоро нужно уехать. Так как мое присутствие ему очень приятно (хотя и не нужно), то я теперь колеблюсь насчет назначения дня моего выезда. Если бы я остался здесь надолго, то эта жертва дружбе была бы просто не по силам мне. Я чувствую себя совершенно расстроенным, плохо сплю и испытываю вообще сильное нервное расстройство и я имею скорее страх, чем сочувствие». Однако композитор прожил в Ахене больше месяца. Наконец, сдав своего друга на попечение прибывшего родственника, Чайковский покидает город.

   Н. Д. Кондратьев умер в Ахене 21 сентября 1887 года, через несколько дней после отъезда Чайковского.


Лидия Борис

№ 30, 2003. Дата публикации: 28.07.2003
 
 
ильича анатолию воды кондратьевым чувствую ахен писал мекк ахене чайковского великий сентября больного кондратьев болезнь петра кондратьева чайковский россии жизни
 
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение